Скандинавская мифология / Старшая Эдда

Назад к разделу

Песнь о Хельги, сыне Хьёрварда (песни о героях)

Перевод: А.Корсун, 1975;

 

О Хьёрварде и Сигрлинн

 

Конунга звали Хьёрвард. Было у него четыре жены. Одну звали Альвхильд, сын их звался Хедин. Другую звали Серейд, их сын прозывался Хумлунг. Третья была Синриод, и у них был сын Хюмлинг.

Конунг Хьёрвард дал обет жениться на самой красивой женщине. Он узнал, что у конунга Свафнира есть дочь, которая всех прекраснее. Звали ее Сигрлинн.

 

Идмундом звали его ярла. У него был сын Атли. Он поехал сватать Сигрлинн от имени конунга. Он прожил зиму у конунга Свафнира. Ярла, который воспитывал Сигрлинн, звали Франмаром. У него была дочь по имени Алев. Ярл дал совет отказать Хьёрварду. И Атли уехал домой.

 

Атли, сын ярла, стоял однажды у какой-то рощи, а над ним в ветвях сидела птица. Она слышала, что его люди жен Хьёрварда называют красивейшими женщинами. Птица защебетала, и Атли стал слушать ее.

 

Птица сказала:

 

1

«Сигрлинн ты видел ли,

Свафнира дочь?

Нет ее краше

в целой вселенной!

Хоть и красивей

Хьёрварда жены

воинам кажутся

в Глясислунде».

 

Атли сказал:

2

«Мудрая птица,

будешь ли дальше

беседовать с Атли,

Идмунда сыном?»

Птица сказала:

«Буду, коль жертву

князь принесет мне;

сама ее выберу

у конунга в доме».

 

Атли сказал:

3

«Только не выбери

Хьёрварда князя,

ни его сыновей,

ни жен прекрасных,

жен, которыми

конунг владеет.

Торг будет честный, —

то дружбы обычай!»

 

Птица сказала:

4

«Выберу храм,

возьму алтари

и коров златорогих

из княжьего стада,

коль Сигрлинн будет

на ложе князя,

если за ним

последует всюду».

 

Это было до того, как Атли поехал. А когда он вернулся и конунг спросил его, какие вести, — он ответил:

 

5

«Наши старанья

даром пропали:

кони погибли

в горах высоких,

перебирались мы

вброд через Семорн;

а сватовство

к Свафнира дочери

в пышных уборах

не удалось нам».

 

Конунг велел им поехать во второй раз и сам поехал с ними. А когда они поднялись на гору, то увидели повсюду в Сваваланде пожары и большие клубы пыли от скачущих коней. Конунг спустился с горы и остановился на ночь у одной речки. Атли остался на страже. Он перешел речку и увидел дом. Большая птица сидела на доме, она сторожила его и заснула. Атли метнул копье в птицу и убил ее. А в доме он нашел Сигрлинн, дочь конунга, и Алёв, дочь ярла, и увез обеих. Это ярл Франмар обратился в орла и защищал их от воинов колдовством.

 

Звали Хродмаром конунга, который сватался к Сигрлинн. Он убил конунга свавов, а страну разграбил и пожег.

 

Конунг Хьёрвард женился на Сигрлинн, а Атли — на Алёв.

У Хьёрварда и Сигрлинн был сын, высокий и красивый. Он был молчалив. У него не было имени. Однажды он сидел на кургане и увидел, что скачут девять валькирий, и одна из них была самой статной. 

 

Она сказала:

6

«Поздно ты, Хельги,

воин могучий,

казной завладеешь

и Рёдульсвеллиром, —

орел кричит рано, —

коль будешь молчать,

пусть даже мужество,

князь, покажешь».

 

Хельги сказал:

7

«Светлая дева,

что дашь в придачу,

коль имя Хельги

ты дать мне властна!

О том, что скажешь,

подумай крепко!

Не будешь моей —

на что мне имя!»

 

Валькирия сказала:

8

«Мечи лежат

на Сигарсхольме,

четырьмя там меньше,

чем пять десятков;

есть там один

самый лучший,

золотом убран, —

гибель для копий.

 

9

С кольцом рукоять,

храбрость в клинке,

страх в острие

для тех, чьим он станет;

на лезвие змей

окровавленный лег,

другой обвивает

хвостом рукоять».

 

Одного конунга звали Эйлими. У него была дочь Свава. Она была валькирией и носилась по небу и по морю. Она дала Хельги имя и часто потом защищала его в битвах.

 

Хельги сказал:

10

«Неладно решил ты,

конунг Хьёрвард,

хоть ты и славен,

войск предводитель;

сожрать дал огню

князей жилища,

а ты вреда

не видел от воинов.

 

11

Но Хродмар владеть

смеет богатством,

что некогда было

у родичей наших;

мало за жизнь

свою он боится,

думает — мертвых

наследьем владеет».

 

Хьёрвард сказал, что даст Хельги воинов, если тот хочет отомстить за деда. Тогда Хельги добыл меч, на который указала ему Свава. Они поехали с Атли, убили Хродмара и совершили много подвигов. Хельги убил великана Хати, который сидел на некоей горе. Они стояли на якоре в Хатафьорде. Атли был на страже первую половину ночи. Хримгерд, дочь Хати, сказала:

 

Речи Хримгерд

 

12

«Кто эти воины

в Хатафьорде?

Щиты на бортах,

смелы вы с виду,

ничто не страшит вас;

кто же ваш конунг?»

 

Атли сказал:

13

«Хельги наш конунг,

ты не смогла бы

зло причинить ему;

наши ладьи

железом окованы, —

ведьм не страшимся мы».

 

14

«Как ты зовешься,

воин могучий? —

молвила Хримгерд. —

Князь тебе верит,

если велел он

стоять на носу».

 

Атли сказал:

15

«Атли мне имя,

дрожи, ужасайся,

чудищ гублю я;

часто с ладьи

топил я в море

всадниц ночных.

 

16

Кто ты, ведьма,

жадная к трупам?

Отца назови мне!

В землю ступай,

и пусть из тебя

дерево вырастет!»

 

Хримгерд сказала:

17

«Хримгерд зовусь я,

Хати, отец мой,

великан был могучий;

женщин немало

из дома похитил;

Хельги убил его».

 

Атли сказал:

18

«Пред флотом героя

в устье фьорда

торчала ты, ведьма,

дружину вождя

Ран обрекая,

но копьем пронзена ты».

Хримгерд сказала:

 

19

«Ты, Атли, ошибся,

во сне ты грезишь!

То мать запирала

ладьи во фьорде,

я ж отпрысков Хлёдвера

в море топила.

 

20

Теперь не заржешь,

холощеный Атли,

коль хвост задеру я!

Не в зад ли ушло

твое сердце, Атли,

хоть голосом конь ты!»

 

Атли сказал:

21

«Испытай на себе —

каков жеребец я:

сойду на берег,

тебя растерзаю!

Стоит мне захотеть —

и хвост ты опустишь!»

 

Хримгерд сказала:

22

«Сойди же на берег,

в силе уверенный, —

жди меня в Варинсвик!

Ребра я выпрямлю

воину храброму,

коль мне попадешься!»

 

Атли сказал:

23

«Нет, не сойду:

уснула дружина,

вождя стерегу я;

не стану дивиться,

под килем ладьи

ведьму увидев».

 

Хримгерд сказала:

24

«Хельги, очнись,

выкуп дай Хримгерд,

Хати убийца!

Ночь бы одну

переспать ей с князем, —

вот был бы выкуп!»

 

Атли сказал:

25

«Лодин — жених твой,

противна ты людям,

на острове Толлей

турс обитает,

злой великан, —

вот муж твой достойный».

 

Хримгерд сказала:

26

«Милей тебе, Хельги,

та, что с дружиной

гавань искала

ночью минувшей;

 

27

дева, вся в золоте,

сошла на берег,

ваш флот охраняла;

из-за нее-то

мне не расправиться

с войском конунга».

 

Атли сказал:

28

«Слушай, Хримгерд,

возмещу твое горе,

если князю поведаешь:

одна ли валькирия

флот охраняла

иль много их было?»

 

Хримгерд сказала:

29

«Три раза девять,

но светлая дева

мчалась пред ними;

кони дрожали,

с грив их спадала

роса на долины,

град на леса,

урожай обещая;

претило смотреть мне!»

 

Атли сказал:

30

«Взгляни на восток —

не разит ли Хельги

рунами смерти?

На суше, на море

спаслась дружина

и княжьи ладьи!

 

31

Атли тебя

задержал до восхода, —

погибнешь теперь;

в камень приметный

у входа в гавань

ты превратишься!»

 

Конунг Хельги был величайший воин. Он пришел к конунгу Эйлими и посватался к Сваве, его дочери. Хельги и Свава обменялись обетами и любили друг друга очень сильно. Свава оставалась дома с отцом, а Хельги воевал. Свава была по-прежнему валькирией.

 

Хедин жил дома, в Норвегии, со своим отцом, конунгом Хьёрвардом.

 

Ехал Хедин домой из леса в вечер под Йоль и встретил женщину-тролля. Она ехала на волке, и змеи были у нее удилами. Она предложила Хедину сопровождать его. «Нет!» — сказал он. Она сказала: «За это ты заплатишь, когда будешь пить обетную чашу!» Вечером стали давать обеты. Привели жертвенного вепря. Люди возлагали на него руку и давали обеты, выпивая обетную чашу. Хедин дал обет жениться на Сваве, дочери Эйлими, возлюбленной Хельги, его брата. И так начал в том раскаиваться, что ушел по дикой тропе на юг. Он встретил Хельги, своего брата. 

 

Хельги сказал:

32

«Здравствуй, Хедин,

какие вести?

Что нового слышно

в земле норвежской?

За что тебя, вождь,

из дому выгнали,

почему ты один

идешь мне навстречу?»

 

Хедин сказал:

33

«Худшее горе

меня постигло:

выбрал я деву,

рожденную конунгом, —

о невесте твоей

обет произнес я».

 

Хельги сказал:

34

«Себя не вини!

Может быть, станет

правым обет твой

для нас обоих:

 

35

князь меня вызвал

на мыс песчаный,

на третью ночь

туда я направлюсь;

вряд ли смогу

назад возвратиться;

тогда твой обет

будет ко благу».

 

Хедин сказал:

36

«Хельги, сказал ты,

что Хедин достоин

добра от тебя

и даров богатых;

пристойней тебе

свой меч окровавить,

чем мир даровать

дерзким врагам».

 

Так сказал Хельги, ибо он предчувствовал свою смерть и подозревал, что это его духи-двойники посетили Хедина, когда тот встретил женщину верхом на волке.

 

Альвом звали конунга, сына Хродмара. Это он оградил ореховыми ветвями поле на Сигарсвеллире, чтоб биться там с Хельги на третью ночь. 

 

Тогда сказал Хельги:

37

«На волке верхом

ехала в сумерки

та, что хотела

стать его спутницей;

знала она,

что смерть ожидает

Сигрлинн сына

на Сигарсвеллире».

 

Там была великая битва, и в ней Хельги получил смертельную рану.

 

38

От Хельги тогда

Сигар был послан

за дочкой единственной

конунга Эйлими, —

пусть соберется

в дорогу скорее,

если живым

застать хочет князя.

 

Сигар сказал:

39

«Хельги меня

сюда отправил,

чтобы с тобой

говорить мне, Свава;

конунг желает

тебя увидеть,

прежде чем он

расстанется с жизнью».

 

Свава сказала:

40

«Что же с Хельги,

Хьёрварда сыном?

Ты мне приносишь

горе жестокое!

В волнах он погиб,

мечом ли зарублен, —

я отомщу

за гибель героя!»

 

Сигар сказал:

41

«Пал поутру

у Волчьего Камня

конунг, что был

лучшим под солнцем;

Альв победой

мог бы гордиться,

только напрасно

ее одержал он».

 

Хельги сказал:

42

«Здравствуй, Свава!

Умерь свою скорбь!

Будет последнею

наша встреча:

кровью исходят

конунга раны;

меч поразил меня

рядом с сердцем.

 

43

Свава, невеста,

прошу я, не сетуй!

Если меня

послушаться хочешь —

Хедину ты

ложе постелишь,

конунга юного

будешь любить».

 

Свава сказала:

44

«Молвила я

в доме родимом

в день, когда Хельги

кольца мне выбрал:

если погибнет —

безвестного князя

не обниму я

по доброй воле».

 

Хедин сказал:

45

«Поцелуй меня, Свава!

Не суждено мне

ни в Рогхейм вернуться,

ни в Рёдульсфьёлль тоже,

пока не отмщу

за Хьёрварда сына,

что конунгом был

лучшим под солнцем!»

 

Говорят, что Хельги и Свава вновь родились.

 



Назад к разделу


Поиск: