Кельтская мифология / Королевский цикл

Назад к разделу

Песни Дома Бухета

Был некогда у лейнстерцев котел гостеприимства по прозванию Бухет. Местом сборищ был дом, где стоял он. И с той поры, как стал Бухет хозяином дома, ни разу не гас огонь под этим котлом.

 

Была у Бухета воспитанница, дочь Катайра Мор, сына Фейдлимида и звали ее Этне, дочь Катайра. Двенадцать сыновей было у Катайра, и приходили они навестить свою сестру да поговорить с ней. По двадцать и по тридцать человек бывало с ними, и не уходили они довольными, если не получали даров. Немало просили они, и немало их было самих. Если же не получали они вдоволь всего, то принимались бесчинствовать в доме. Так разоряли они Бухета, и осталось у него наконец лишь семь коров да бык вместо семи стад скотины.

 

Тогда отправился Бухет искать справедливости у Катайра, а был король в ту пору уже дряхлым стариком. И сказал ему Бухет:

 

- О справедливый Катайр, как обрушилась беда на ирландскую землю? Отбери у своих благородных сыновей мою скотину. Не отступал я от обычая и оказывал гостеприимство не хуже другого, и пало на меня разорение. Будет оно великим позором для страны Катайра. Погубили мои стада и гостеприимство сыновья Катайра: Рос Руадбуйлех, Кримтан Кетгуинех, Даре Требанда, Лоскан Ан, Эхайд Айригда, Брессал Энехглас, Фиаха Фолтлебар, что сразят любого. Не жить Бухету по-прежнему, пока не уйдет он в чужие края, где не добраться до него внукам Фейдлимида Финда.

 

Отвечал ему на это Катайр и говорил так:

 

- Верно, о Бухет, что был ты хозяином многим любезным. Велики твоя доблесть, храбрость и гостеприимство и любого принимал ты в большом зале, где вкруговую пили мед.

 

Если бы только мог я сдержать своих сыновей, не страдало бы из-за них твое сердце.

Нет больше у меня сил,

Не могу я бежать,

Не могу я прыгнуть,

Не далеко вижу я нынче.

Пятьдесят долгих лет уже я королем.

Если бы мог я судить своих сыновей, возвратили бы они твои стада. Но ничего не могу я поделать, лишь только признать твое горе.

 

Тогда пошел Бухет прочь от всех из этих краев и шел всю ночь до утра, пока не очутился в Кенаннас на риг, что на юге. Немного их было в пути - семь коров да бык, да сам Бухет с женой и дочерью Этне, дочерью Катайра. И стали они жить на юге в маленькой хижине, а девушка прислуживала им.

 

Жил тогда Кормак, внук Конна, в Кенаннасе, прежде чем стал он правителем Ирландии, ибо не пустила его в Тару Медб Летдерг после смерти Арта, его отца. Была Медб Летдерг из Лейнстера супругой Арта и сама стала править после его кончины. Жили тогда все короли в Кенаннасе, а когда взял власть Кормак, была им основана Тара.

 

Но лишь только принялся Кормак рыть укрепления Тары, как трижды простонал Одран.

 

- Отчего ты стонешь? - спросил его Кормак.

 

- От притеснений мой стон,- сказал Одран,- а со мною королевское покровительство моим краям и земле вовеки веков.

 

Лишь только начали ставить столбы, снова простонал Одран, а когда в назначенный день входил Кормак в дом, прислонился Одран ко входу.

 

- В чем дело? - спросил его Кормак.

 

- Не разоряй меня! - вскричал Одран.

 

- Не должно тебя разорять,- сказал на это Кормак,- да и не сделаю я этого, если сам ты пустишь меня за выкуп: твой вес серебра, припасы для девятерых каждое новолуние, пока я жив, да земля не меньше здешней, коли станешь ты приходить ко мне.

 

- Хорошо,- сказал Одран,- два прекрасных владения я знаю на юге.

 

- Как их название? - спросил король.

 

- Одра Темрах,- отвечал ему Одран.

 

- Быть тебе тогда Одаром между двумя Одра,- сказал Кормак.

 

Отсюда и название Одра Темрах.

 

Как-то раз утром был Кормак в Кенаннасе, после того уж как стал королем, и вдруг увидел девушку, доящую коров. Первый удой лила она в ведро с одной стороны, а последний удой - в ведро с другой стороны. Потом увидел он, как срезала она тростник, и стебли из середины клала в отдельную связку. Воду, что брала она с края потока, сливала девушка в один сосуд, а воду с середины - в другой.

 

И спросил Кормак девушку:

 

- Скажи мне, кто ты?

 

- Я дочь бедного крестьянина, что живет неподалеку отсюда,- ответила та.

 

- Отчего же делишь ты воду, тростник и молоко? - спросил король.

 

- Тому, кто был прежде в чести, идет последнее молоко и середина тростника, а остальное оставляю я себе, дабы от трудов моих могла я угодить ему. Если бы достало мне сил, то оказала б я ему и большие почести.

 

- Похоже, сумеешь ты сделать это,- сказал Кормак,- но кому ж назначаешь ты их?

 

- Имя того человека Бухет,- сказала девушка.

 

- Тот самый Бухет, что из Лейнстера? - спросил ее Кормак.

 

- Да, это он,- ответила девушка.

 

- Не зовут ли тебя Этне Тоэбфота? - спросил король.

 

- Воистину это так,- сказала девушка.

 

Тогда послал Кормак людей к Бухету просить Этне в жены. не дал своего согласия Бухет, ибо не подобало ему делать это без отца девушки. И говорят, что тогда силой привели ее к Кормаку и провела с ним девушка лишь одну эту ночь, а потом покинула его. Но зачала она в своей утробе сына Кормака, Кайрпре Лифехарь, что был прозван так оттого, что любил он Лиффи и воспитывался в Лифехарь среди людей из рода своих отца и матери. Не признавал его Кормак за сына, покуда не поклялись лейнстерцы, что это воистину так.

 

Потом стала Этне женой Кормака и королевой. Но не приняла она Кормака, пока не заплатил он Бухету выкуп. Вот что дал ему Кормак: все, что различал его взор с валов Кенаннаса, коров и людей, быков и коней. До конца недели не мог Бухет перегнать на юг в Лейнстер все свои стада.

 

Вот песня Дома Бухета перед гостями, его приветственный клич им:

 

Приветствие вам!
 

Славно вам будет у нас,
 

так пусть же и нам будет хорошо с вами!
 

Песнь пятидесяти воинов в красных плащах и с оружием, что играли, когда все напивались.
 

Песнь пятидесяти девушек, что стояли посреди дома в красных плащах с падающими на них золотистыми волосами и ублажали гостей пением.
 

Песнь пятидесяти арф, что до утра тешили гостей своей музыкой.
 

Отсюда и название Песни Дома Бухета.

 

Назад к разделу


Labirint.ru - ваш проводник по лабиринту книг

Поиск: